Классическая наука конца 19 – начала 20 века задала однозначную онтологию ума, наблюдающего объективные физические явления и тела, законы которой и используются в построении научного знания. Это «рациональность» или «идеал рациональности».  Неклассическая проблема идеала рациональности уходит своими корнями в изменения в 20 в. - при необходимости введения в научную картину мира явления сознания.

Мамардашвили: надо сделать ид.рац. неклассическим. Нужно расширить онтологию рационально постижимых явлений, включить в нее всю область психического и сознательного. Наше сознание, которое является главным средством для фиксации нами явлений, само не может быть зафиксировано в точных понятиях.

М-ли выделяет принципы, определяющие понятие «физического тела», принципы классической рациональности. (= - отождествления).

1. Пр-п пространственного выражения – физическое тело должно занимать какое-то место в пространстве, оно должно быть внешне наблюдаемо. Объективное = пространственное = внешнее, а субъективное = внутреннее.

2.    Пр-п материальности – материальность = пространственность. Это важнейший принцип опытной науки: органами чувств воспринимаются только материальные тела и их действия. Пространство = материя.

3.   Пр-п рефлексивности наблюдения – внешнее наблюдение, которое способно раскрыть объективным образом сущность предмета, его строение, его законы, рефлексивно, оно задается классическим декартовым правилом «когито» (трансцендентальное «Я»), - мы можем его понимать само через него самого. Феномен сознания не имеет референта вне себя самого – сознание самореферентно.

4.  Пр-п непрерывности опыта – в рамках рефлексивной процедуры введена непрерывность опыта, это предполагает самотождественность субъекта наблюдения. Предполагается существование некоего «единого сознания» - непрерывного носителя наблюдаемых явлений.

5.   Пр-п «врожденности», или «трансцендентального априори» - наличие структурных и нелокальных элементов сознания, не сводимых к содержанию любого в конечное время и в конечном пространстве завершенного опыта (в этом смысле – внеэмпирических), и обеспечивающих непрерывность «единого сознания».

 

М-ли показывает ряд проблем, с к-рыми  сталкивается благодаря этим принципам современная наука.

- пр-ма внешнего пространства наблюдения при изучении сознательных явлений. Обучение - понять можно только то, что уже понял.

- постулат объективного физического наблюдения: акт исследования не влияет на объективный ход вещей. Однако уже в квантовой физике эта посылка нарушается.

- проблема факта. Психоанализ показал, что не существует физического факта как объективной данности – разница полов  для ребенка не существует изначально, она возникает.

 

Смысл редукции (по М.) : она есть поиск непосредственного путем срезания связей с более высокими слоями сознания. Так мы можем различить реальное действие от артефактов. Только феномен, очищенный от артефактов (таких как абстрактное знаково-предметное знание и логика) отражает бытие реального мира и ведет нас к изучению его базового слоя.

 

Вся классическая наука придерживается принципа трансцендентализма, то есть предположения возможности каждый раз такой реконструкции процессов сознания, отражения, знания, что мы можем представить автономного, независимого субъекта в качестве последовательного и конечного источника утверждаемых им содержаний.

Отсюда проблемы классического идеала рациональности.

 

Слои сознания, с их разными размерностями и феноменальной материей наслоены на базис и друг на друга  и в этой гуще пересекаются пучками детерминаций. Распростертость, многократная протяженность явлений приводит к идее системы или системно-причинных зависимостей и явлений. Мы не можем теперь напрямую устанавливать причинную связь, руководствуясь общим законом, мы должны искать промежуточные звенья. «Система» есть условный термин, введенный для одновременного представления всех этих слоев сознания.

Отсюда и следует «эффект целостности» или эффект системности. Здесь мы должны четко осознавать основные представления, входящих в аппарат неклассической рациональности. Их онтологический статус не имеет места в предметном мире, они содержат в себе определенные мнимые значения, вводя определенное мнимое, символическое  измерение. Они требуют от нас способности  к ненаглядному представлению.

 

Проблема состоит в построении онтологического пространства мысли, отличного от декартова пространства. И здесь необходимо ввести онтологический принцип неполноты бытия.

 

Кроме строго-научного знания надо оставлять простор и для анализа и понимания тех же явлений сознания как состояний жизни. Мы не можем фиксировать осознание в точных понятиях.

Физическое тело - явление, которое полностью пространственно выражено в своем содержании, т. е. все, что мы можем сказать о структуре этого явления, о его составе, строении, таково, что оно полностью развернуто для внешнего пространственного наблюдения.

Психическое как непространственная категория в эту схему не укладывается, мы не всякое содержание нашего сознания можем объективировать, отделить от состояния нас самих.

В классической философии формулируется тезис, что данность или данности сознания являются непосредственными, несводимыми очевидностями, которые могут быть положены в основание понимания всего другого. Все понимаемое другое будет относительным, лишь данные сознания обладают непосредственной очевидностью или абсолютностью. Здесь заложены классические различения души и тела, сознания и материи, одушевленного и неодушевленного. Декарт о душе и теле – несводимость двух субстанций – мыслящей и протяженной. Мы не можем одним аппаратом причинности объяснить процессы нашего сознания, так как сознание дано, причем акаузально, в самой формулировке причинной связи. Поэтому и язык наш должен быть двойственным, приводя мысли и сознательные состояния к мыслящей <субстанции>, а материальные явления - к протяженной, строго устраняя термины одной из описания другой. Это – феноменологическая редукция.

Можно ввести категорию "феномен", в отличие от "явления" и "объекта", это применимо к сознанию. В отличие от классического <явления>, <феномен> - нечто, что имеет онтологическое существование или значимость. Классически явление отличается от сущности тем, что онтологические характеристики принадлежат сущности, а само оно, в определенном смысле, не имеет существования.

Не только категория сознания требует пересмотра идеала рациональности. "Свобода воли электрона": мы не можем непрерывным образом проследить движение электрона.

Открытие Марксом феномена идеологии было открытием факта существования многомерности сознания или сознательных явлений и их способности надстраиваться одно на другое.

Модель рационального действия до сих пор господствует в социологии и в экономической теории, да и вообще в понимании культуры, культурных действий. На фоне такого понимания рационального действия и возникают все призраки патологии (это в области психиатрии), т. е. отклонений от нормы, все призраки рассмотрения иных обществ как недостаточно буржуазных или отклоняющихся, или неразвитых, архаичных и т.д.

 

Проявление идеала рациональности в психологии: постулат непосредственности ("гипотеза непосредственности", по Узнадзе). Уотсон выделяет постулат как схему мыслительной работы: S - R. Уотсон - если хочешь быть объективным психологом - найди причину и следствие.  Эта схема выступает не как предмет исследования в методологии, а как объяснительный принцип. Позитивистское классическое мышления предпочитает рост развитию, т.к. рост - видимая характеристика.

Уотсон понимал, что есть что-то в промежутке. Назвал это вмешивающимися переменными, искажающими реальность, вносящие помехи.  Эти помехи - вызов постулату непосредственности и идеалу рациональности. 

Из объяснительного принципа вытекают задачи психологии: предсказание поведения и управление поведением.  Отсюда выделяется главная психотехнология психолога - манипулирование.

Асмолов

 

Культурно-историческая психология Выготского выступает как неклассическая психология.

 

Неклассическая психология — это изменение стиля мышления, уход от жестко детерминистической картины мира к миру не­определенности.

 

Традиционное классическое мышление как мыш­ление рациональное поражено установками европоцент­ризма и эволюционного снобизма, согласно которым тот, кто был до нас, — примитивнее, проще. Неклассич: эти миры не выше и не ниже. Они — другие.

 

«па­радокс системности». Сис­тема входит в элемент.

Иногда интериоризацию понимают примитивно — как переход из внешнего во внутреннее. Выготский открывает, как социальный мир свертывается, меняет размерность, обладает хронотопом, превращаясь во внутренние иные миры.

 

Истоки препятствий на пути построе­ния неклассической психологии связаны с надсознательными установками, схематизмами созна­ния и стереотипами мышления.

 

Неудобные феномены. В психологии, строящей исследо­вания по образу и подобию классической физики, факты, свидетельствующие об активности субъекта, интерпрети­ровались как «ошибки», артефакты или досадные откло­нения от нормы, «ошибки» испытуемых в экспериментах.

 

Логические дихотомии. Например: является ли человек биологическим и/или социаль­ным существом? Определяется ли природа человека сре­дой и/или наследственностью?

 

Истоки зарождения неклассического мышления в пси­хологии личности связаны с разра­боткой проблемы бессознательного в психоанализе (Фрейд), теорией установки (Узнадзе), культурно-исторической концепцией развития ВПФ (Выготский) и деятельностным подходом (Леонтьев, Рубинштейн).

Прорыв за границы «по­стулата непосредственности» и поиск «опосредующего звена», которое, порождая психические явления, само бы к сфере психического не принадлежало, В психоанализе - «нечувст­вительность к противоречиям» и «вневременный характер».